ТОКИО, 5 апреля. /Корр. ТАСС Кирилл Агафонов/. Отношения между Японией и Южной Кореей, а также в трехстороннем формате с США в области безопасности будут в дальнейшем углубляться, чему отчасти способствуют слабые внутриполитические позиции южнокорейского президента Юн Сок Ёля. Такую точку зрения высказал в беседе с корреспондентом ТАСС японский эксперт по проблематике Корейского полуострова профессор Университета Нандзан Сюндзи Хираива, комментируя нормализацию японо-южнокорейских отношений после нескольких лет охлаждения.

"Без сомнений, сотрудничество Японии и Южной Кореи в сфере безопасности будет углубляться. Это означает укрепление взаимодействия не только между Японией и Южной Кореей, но и в трехстороннем формате с участием США", - сказал он. По словам эксперта, этот процесс с приходом в Южной Корее к власти администрации президента Юн Сок Ёля идет быстрее, чем можно было предполагать, поскольку у Токио и Сеула есть некоторое взаимное недоверие после инцидента 2018 года, когда южнокорейский корабль навел на японский самолет радар системы управления огнем.

При этом Хираива отмечает, что, с точки зрения внутренней политики, позиции администрации Юн Сок Ёля и его консервативной партии "Гражданская сила", не имеющей большинства в парламенте, сейчас слабы, и на следующих президентских выборах к власти может прийти либеральное правительство. Поэтому, считает эксперт, администрация Юн Сок Ёля пытается за оставшиеся 4 года создать такие отношения с Японией, которые потом нельзя было бы изменить в худшую сторону. Большинство в парламенте Южной Кореи сейчас у оппозиционной Демократической партии "Тобуро", руководство которой критикует правительство Республики Корея за жесткий курс по отношению к КНДР.

Эксперт также отметил, что с учетом своих слабых позиций Юн Сок Ёль будет пытаться повысить уровень поддержки, используя положительное отношение международного сообщества к укреплению сотрудничества с Японией и США. "Поэтому Америка и Япония будут пытаться укрепить сотрудничество в трехстороннем формате с Южной Кореей, насколько это возможно", - добавил он.

Администрация Юн Сок Ёля в марте представила план урегулирования конфликта Токио и Сеула по проблеме принудительного труда в годы японской оккупации Корейского полуострова. Он был принят японской стороной, и в том же месяце южнокорейский президент посетил Токио, где был представлен ряд мер по нормализации двусторонних отношений. В частности, Сеул решил в полном объеме восстановить работу двустороннего соглашения об обмене разведывательными данными (GSOMIA) с Токио, что имеет особое значение на фоне прогресса в ракетно-ядерной программе КНДР.

Южнокорейскую общественность план властей по нормализации отношений с Японией не устроил, в частности из-за отсутствия в плане требования извинений с ее стороны, а демократическая партия "Тобуро" назвала итоги визита президента в Токио "позорной покорностью" перед Японией.

КНДР готова к тестовому испытанию новой твердотопливной межконтинентальной баллистической ракеты (МБР), которая, предположительно, была представлена на параде в феврале, однако ее успешный запуск не приведет к кардинальному изменению в сфере региональной безопасности, считает Хираива.

"Что касается твердотопливной межконтинентальной баллистической ракеты, то я думаю, что подготовка к ее испытанию завершена", - сказал он, отметив, что Пхеньян может произвести такое испытание в ответ на совместные военные учения США и Южной Кореи, вызывающие острую критику КНДР. При этом, считает эксперт, для такого испытания нет серьезных препятствий, поскольку КНР и Россия блокируют в Совете Безопасности ООН санкции против Пхеньяна.

Использование твердого топлива по сравнению с жидкостными двигателями, которыми оснащены имеющиеся у Пхеньяна межконтинентальные ракеты, позволяет значительно сократить время подготовки к запуску и хранить ракеты в готовом к применению состоянии.

Хираива не считает, что "успешный запуск твердотопливной МБР структурно изменит ситуацию в области безопасности" в регионе с учетом прогресса ракетно-ядерной программы по другим направлениям. "Успешное испытание твердотопливной МБР означало бы получение большей мобильности [ракетных вооружений КНДР], однако Северная Корея повысила их мобильность другими способами, поэтому, хотя твердотопливная [МБР], несомненно, повысит риски, структурно они будут такими же", - сказал он.

КНДР в последнее время провела ряд испытательных ракетных пусков, используя различные платформы. В частности, ракеты запускались с мобильных пусковых установок, поезда, подводной лодки, пусковой установки на дне озера. Кроме того, в ходе испытания 19 марта, когда Пхеньян сообщил о проведении учений по нанесению "ядерной контратаки", ракета была запущена предположительно с использованием шахтной пусковой установки. Часть территории Японии находится в пределах досягаемости этих ракет.

Пхеньян в конце прошлого года сообщал об успешном испытании твердотопливного двигателя, а лидер страны Ким Чен Ын на VI пленуме ЦК Трудовой партии Кореи поставил задачу разработать новую МБР, которая должна обеспечить возможность нанесения ядерного контрудара.

Руководству КНДР, заявляющему о разработке тактического ядерного оружия, необходимо провести ядерное испытание для демонстрации его эффективности, однако Пхеньян сталкивается с серьезными препятствиями, поскольку Китай выступает против таких испытаний, считает Хираива.

"[Пхеньян] объявил о [разработке] тактического ядерного оружия, поэтому ему необходимо провести испытание, чтобы продемонстрировать его эффективность", - сказал он. Однако, отметил эксперт, в отличие от ракетных испытаний, в том числе межконтинентальных баллистических ракет (МБР), для проведения которых нет серьезных препятствий, ядерное испытание Пхеньяну осуществить непросто. "Поскольку Китай выступает против ядерного испытания, я думаю, что [Пхеньян] ищет возможность для его проведения, наблюдая за ситуацией в отношениях США и Китая", - добавил эксперт.

По его словам, с учетом совместных военных учений США и Южной Кореи, против которых категорически выступает КНДР, необходимо следить за возможными ответными шагами Пхеньяна. "В связи с совместными военными учениями США и Южной Кореи необходимо обратить внимание на [возможность запуска] твердотопливной МБР, разведывательного спутника и [проведения] ядерного испытания", - отметил Хираива.

Разработка новой МБР, а также запуск "в ближайшее время" первого военного спутника КНДР были заявлены как одни из главных задач в ходе VI Пленума ЦК Трудовой партии Кореи. Тогда же лидер КНДР Ким Чен Ын поручил наращивать ядерный арсенал страны "в геометрической прогрессии".

В последнее время Пхеньян делает упор на разработке именно тактического ядерного оружия, в пределах досягаемости которого находятся Южная Корея и часть Японии, а также американские военные объекты на их территории. 22 марта КНДР провела испытания стратегических крылатых ракет "Хвасаль-1" и "Хвасаль-2" с опытными боеголовками, имитирующими ядерный заряд, а 27 марта - имитацию ядерного взрыва с применением тактических баллистических ракет. В конце марта государственное Центральное телеграфное агентство Кореи (ЦТАК) сообщило, что Ким Чен Ын "руководил делом принятия ядерного оружия на вооружение".

В феврале 2005 года КНДР заявила о наличии у нее ядерного оружия, "предназначенного исключительно для самообороны и сдерживания", а 9 октября 2006 года провела на полигоне Пхунгери в провинции Хамгён-Пукто первое подземное ядерное испытание (по западным оценкам, его мощность была менее килотонны в тротиловом эквиваленте). Затем последовало еще пять испытаний. Четвертое и шестое испытания были заявлены Пхеньяном как термоядерные.