В Музее Гране во французском Экс-ан-Провансе открыта выставка «Взгляд из центра бури» — это до недавнего времени неизвестные фотографии, сделанные Полом Маккартни в те месяцы, когда группа The Beatles обретала мировую славу. Побывавшая на выставке Эсфирь Штейнбок уверена, что экспозиция важна в первую очередь не для битломанов.

Второй год подряд Музей Гране придумывает отличные выставки, которые, не будучи частью знаменитого музыкального Festival d’Art Lyrique, так или иначе с ним перекликаются. Так, в прошлом году в залах музея проходила выставка Поля Сезанна, для Экса — «гения места», на которой впервые была воссоздана гостиная принадлежавшего семье Сезанна поместья Жа-де-Буффан. Молодой Поль Сезанн рисовал на стенах большой комнаты картины-фрески, но впоследствии, после смены хозяев, они были перенесены на холсты и растащены по разным музеям мира. И вот их собрали и вообще посмотрели на творчество Сезанна как на поиск «утраченного рая».

В каком-то смысле можно сказать, что выставка фотографий Пола Маккартни — это тоже не лишенная ностальгического настроения реконструкция. Но уже не места, а времени.

А именно — нескольких месяцев 1963 и 1964 года, когда британская группа «Битлз» обрела славу и битломания распространялась по всему свету как музыкальная пандемия. Один из членов группы, ныне сэр Пол Маккартни, увлекался фотографией и не расставался с маленькой камерой «Пентакс». Позже пленки были проявлены, а негативы со временем пропали — о них никто, включая его самого, даже не вспоминал.

Несколько лет назад великий музыкант занимался фотографическими проектами, связанными с наследием его покойной первой жены Линды. Помощники перебирали архив — и обнаружили настоящее сокровище, фактически фотолетопись тех знаменитых месяцев. До того как в начале 2020-х была придумана эта выставка, первоначально сделанная в сотрудничестве с Национальной портретной галереей в Лондоне, этих изображений никто не видел.

Особенно ценно, конечно же, то, что Маккартни оказался свидетелем, будучи и непосредственным участником событий, находясь в том самом «центре бури». Это не журналистский репортаж и не работа профессионального фотографа — он просто щелкал фактически все подряд, и нет ничего глупее, чем смотреть на его снимки с точки зрения фотоискусства: кое-что оказывается в расфокусе, да и о композиции кадров некогда было думать.

Фотодневник фиксировал события, течение которых никто не мог предвидеть и значение которых никто еще не осознавал. В сущности, зрители становятся свидетелями рождения новой религии, которой стала повальная битломания.

Британская сенсация за несколько месяцев становится мировым явлением. Выставка построена почти что как путешествие: шесть городов — Ливерпуль, Лондон, Париж, Нью-Йорк, Вашингтон и Майами — сменяют друг друга. В начале пути речь идет просто о востребованных публикой выступлениях, музыканты ходят по улицам, переодеваются за кулисами, отдыхают в гостиничных номерах, вроде бы ничего особенного.

Но толпы все прибывают, и при «въезде» посетителя выставки в Нью-Йорк на фото уже видно настоящее столпотворение (размерами отпечатков кураторы выставки хитроумно играют). А папарацци прижимают свои объективы буквально к окнам машин, в которых едут эти еще очень молодые люди,— и Маккартни снимает тех, кто снимает его.

Они сами вроде бы остались прежними — Джон Леннон, иногда растерянный и задумчивый, совсем не та загадочная рок-звезда, к которой привыкли поклонники, или погруженный в свои размышления и гуляющий по Парижу Джордж Харрисон. Но огромная, непостижимая машина славы и поклонения уже запущена на полную мощность.

Конечно, прежде неизвестные фотографии стали настоящей сенсацией и бесценным подарком для «прихожан» битловской религии. Но выставка не менее ценна для тех, кто не принадлежит к этому все еще многочисленному сообществу.

«Взгляд из центра бури» — не просто пополнение иконографии. Она — о невозвратной молодости, о неостановимом течении жизни, и то, что речь идет о мировых знаменитостях, это щемящее чувство вовсе не приглушает, а, наоборот, обостряет.

Она — об увлечениях наших родителей, а для кого-то — о кумирах уже бабушек и дедушек. Свидетели этого времени еще живы, и благодаря фотографии есть иллюзия, что его все еще можно потрогать. Его можно пощупать и даже понять — как понятно, почему при переезде битлов в Майами фотографии от избытка солнца и радости вдруг становятся цветными.