– Сергей, в Калининграде вы учились в лицее, где существовал так называемый театральный класс. Окончив лицей, поехали покорять столицу. Но после неудачи на экзаменах не стали отчаиваться и поступили в Ярославский театральный, который успешно окончили. Такое упорство – отличительная черта вашего характера?
– Ну нет. Дело не в упорстве, а в том, что мы поехали поступать в театральный институт и других планов не имели в принципе, вообще никаких-никаких совершенно. То есть планировали поступить либо в Москве, либо в Питере, либо в Ярославле. А следующими точками, возможно, стали бы Воронеж или Екатеринбург. В общем, все известные мне театральные институты я рассматривал как варианты. Кстати, многие выпускники нашей театральной студии поступили именно в Воронежскую театральную академию. Ну так вот. Наш педагог говорил: если не поступите в Москве, не переживайте, Москва нужна для того, чтобы попробовать себя. Наверняка он понимал, что из восьми выпускников того года вряд ли все попадут в московские вузы. Хотя до нас в Москву поступало немало выпускников студии – к примеру, Оля и Таня Арнтгольц, Артём Ткаченко. Они были одноклассниками и попали на один курс. Но из всего нашего класса только Анна Пузан поступила во ВГИК. Четверо оказались в Ярославле, а одна девочка училась в Питере, но потом «ушла в мамы» и не завершила обучение. Ну и вот, мы, четыре одноклассника, учились в Ярославле, и это было здорово! Так что об упорстве речи не шло.

– Но вообще вам присуще это качество?
– Вообще, у меня присутствует такая черта характера, и она порой проявляется в причудливой форме. К примеру, минувшей зимой я строил возле нашего театра ледяное иглу. (Московский театр Роста в Царицыне, бывший Московский областной ТЮЗ; художественный руководитель – Нонна Гришаева. – Ред.) Начал в декабре и строил до конца зимы. Постоянно заливал новые формы, устанавливал те, которые уже замёрзли, но до крыши дело так и не дошло, хотя стены в свой рост построить удалось. Довольно просторное получилось пространство. Можно назвать такой поступок упрямством, ведь все говорили, что это какая-то бессмысленная потеря времени. Но в последние морозные дни мы с артистом и оператором Ильёй Иосифовым решили снять у этого ледяного домика небольшой фильм – я прочитал на камеру стихотворение Иосифа Бродского «Большая элегия Джону Донну», стоя на том пятачке. Этот короткометражный фильм есть на просторах интернета, и мы отправили его на фестиваль «Короче», так что не зря, не зря я с этими льдинками возился.

– Сергей, обратимся к вашей фильмографии. Как проходили съёмки в прекрасном фильме «1814», в котором вы сыграли роль Данзаса?
– Фильм «1814» оставил у меня только наилучшие воспоминания. Радостная восторженная беззаботная юность, связанная со студенческой порой. Это как раз мой первый фильм после окончания института. А ребята, с которыми снимался, ещё были студентами вузов, и мне оказалось очень любопытно с ними общаться и взаимодействовать. Данный киноопыт дорогого стоит. Я рад, что посчастливилось сняться в такой прекрасной картине. До сих пор не верится, что такое со мной произошло. Позвонили, вызвали в Петербург на пробы. Поехал, попробовался, но лишь спустя некоторое время сообщили, что я утверждён. И было очень приятно встретить там артистов, к которым мы ещё студентами обращались за житейским советом: что нужно делать, как нам строить свою жизнь? С Сергеем Гармашом и Алексеем Гуськовым мы вместе работали на киносъёмочной площадке, и это, конечно, здорово. Сергей Гармаш даже сказал: «Ну вот видишь, а ты переживал, задавал мне вопросы, как тебе жить. Теперь ты работаешь, у тебя всё хорошо, так что поздравляю». Мне его слова запомнились, потому что в них была особая отеческая теплота. Да и фильм замечательный! Это же невероятно – погрузиться в атмосферу исторического кино, с костюмами, диалогами, реконструкцией реальных событий. Сценарий написал Дмитрий Миропольский, и мы спустя годы задавались вопросом: интересно, а появится ли фильм «1814-2»? Но пока не случилось. Впрочем, теперь снято немало фильмов о той эпохе, о Пушкине и его юности, лицейской поре.

– Пожалуй, только Сергей Друзьяк из всех актёров мог «притащить» лошадь на съёмочную площадку фильма «Анна-детективъ». Что это – жажда эксперимента, дух авантюризма или что-то ещё?
– (Смеётся.) Не думаю, что там присутствовал дух авантюризма. В хорошем смысле во всём виноваты мушкетёры и гардемарины. Потому что на их приключения мы в детстве смотрели с восторгом – дуэли, шпаги звон, а главное, на то, как они скачут. И я до сих пор убеждён, что фильмы «Д’Артаньян и три мушкетёра» и «Гардемарины, вперёд!» всё равно получились бы хорошими, даже если бы там не было лошадей. Ведь фильмы не о лошадях, а о дружбе и любви. Вот я и думаю: если убрать оттуда лошадей – фильмы всё равно получились бы замечательными. Но, согласитесь, с лошадьми появляется какое-то чувство полёта, окрылённость! Почему-то прямо до мурашей, прямо вот аж до восторга! И всё благодаря этой скачке. Ну и песням, безусловно. И мне показалось уместным привести лошадь на съёмки фильма «Анна-детективъ». Вообще-то я не всегда привожу с собой животных, а вот туда всё-таки привёл, там прямо всё к этому располагало. Восемнадцатый век, эпизод стремительный, мой герой прибежал, что-то сказал и убежал. И мне показалось логичным, если он не прибежит, а прискачет. Ведь все находятся в спешке, все куда-то торопятся, его отправляют с посланием, и он поскакал. Ну, в общем, я думаю, так воплощается жажда приключений, желание подражать кумирам своей юности, мушкетёрам, гардемаринам. Вот что мной двигало в первую очередь – так я считаю. Я вовсе не собирался никому насолить, действовал из лучших побуждений. Но сейчас уже понимаю, что это был опрометчивый шаг с моей стороны. Ведь с точки зрения безопасности, спокойствия и продуманности – не нужно совершать таких беспечных поступков. Нужно всё обговаривать заранее, обсуждать и уж потом приводить коня. Или слона.

– Знаю, что вы и дочку, несмотря на совсем маленький возраст, приобщаете к миру театра, кино, актёрского мастерства. Расскажите, пожалуйста, об этом.
– Не могу сказать, что мы прямо-таки приобщаем дочку. Просто по мере возможности беру её с собой в театр. Она смотрит, как я выступаю на сцене. Ещё мы очень любим ходить на «Студенческую весну» в Российский государственный медицинский университет. Там каждый год проходит концерт – смотр талантов. Будущие врачи играют на электрогитарах, танцуют, просто мощно выступают в разных творческих жанрах – глаз не оторвать. Вот и Люба тоже выходит на сцену, такая уж традиция сложилась. В прошлый раз перед началом концерта выглянула из-за занавеса и прочитала «У Лукоморья дуб зелёный». Студенты были в восторге, ей аплодировали. Вообще-то супруга понемногу учит с дочкой стихи. И вроде бы Любе нравится выступать перед аудиторией. Не знаю, может, потом ей всё это надоест. Но в кино у неё уже несколько ролей, и в сериале она снималась. Однажды даже попала на афишу, чему мы, конечно, очень рады. Но это всё заслуга супруги – она отправляет на пробы фотографии дочери и её видеовизитку. Любе это пока нравится. И мы относимся ко всему как к радостному детскому приключению.

– Как вы познакомились со своей супругой Екатериной? Сколько лет уже вместе? Если у вас в семье случаются конфликты, то на какой почве? В быту вы сложный человек?
– Познакомились мы с супругой в театре на спектакле «Арлекиниада» – тогда впервые увидели друг друга. Это случилось уже давненько, лет десять прошло или даже больше. Супруга лучше помнит. Ну а что касается характера и конфликтов – не знаю, наверное, я очень сложный человек, чтобы ответить на этот вопрос. (Смеётся.) Надеюсь, у нас из-за этого не случится конфликта.

– Хорошо, тогда поговорим о творчестве. Сергей, а как рождаются стихи? В 2010 году вы выпустили книгу под названием «Половинка снежинки зелёной». Тетрадь стихов». Почему снежинка зелёная и почему тетрадь?
– Действительно, есть такой сборник «Половинка снежинки зелёной». Он небольшой, состоит из стихотворений и небольших воспоминаний. Этот сборник вообще-то задумывался как интерактивный. То есть мне хотелось, чтобы те, кто его прочитает, вступили в переписку, но не электронную, а именно «живую». Конверты, почта… Там, внутри книги, на отрезных листах есть анкета. Она похожа на школьную, в ней нужно указать свои данные, а потом пройти задания. Например, вспомнить любимое стихотворение. Или самому придумать несколько строк. По задумке автора читатель должен был сам сочинить нечто вроде письма и отправить по адресу, который там указан. Но эксперимент не вполне удался. Издано пятьсот тетрадей, а пришло всего три письма, такая статистика. Не могу сказать, что это нулевой результат, но есть над чем работать и есть над чем подумать. Вот такие новости насчёт поэтического сборника. Честно говоря, уже давненько поэтические строки не лезут в голову, давненько не брался я за перо и бумагу. Даже не знаю почему, причины мне неизвестны, наверное, муза отъехала по другому адресу. Или затаилась и чего-то ждёт, какого-нибудь подходящего момента, вот. Но были времена – некоторые стихи превращались в песенки, мы их пели и даже снимали самодельные клипы «на коленке». Они есть в интернете, но почему-то мы от этой практики тоже отошли.

– Если бы у вас была возможность снять кино, о чём бы оно было?
– Бывали в жизни периоды, когда из-за отсутствия работы я становился инициатором съёмки коротеньких фильмов. И они тоже существуют на просторах интернета. Некоторые побывали на различных фестивалях, получили приз зрительских симпатий. За один такой поэтический минифильм нам даже дали «Серебряную ставриду» на одноимённом фестивале. Такое случается редко, но я очень люблю что-нибудь запечатлеть. Как правило, нечто поэтическое. То есть алгоритм простой: выучивается стихотворение, и потом на него снимается видео. Эти ролики тоже ждут вас, уважаемые зрители, в интернете.

– Как долго в вашем доме живёт лабрадор?
– Лабрадор по кличке Леди поселился у нас больше года назад. Да, а до этого у нас восемь лет жил лабрадор по кличке Зевс! Мы очень его любили, но он нас покинул по состоянию здоровья. И спустя год дочка уговорила завести собаку, обещала гулять, хотя, конечно, гуляем с ней мы. Нас это радует, не обременяет, так что всё замечательно. С лабрадором всё хорошо.

– Что нового у вас происходит в кино и театре?
– Недавно вышел сериал «Чёрное солнце – 2», который мы снимали для НТВ. Премьера состоялась на платформе «Кион». Осенью выйдет фильм «ХАмиллион» со мной в одной из главных ролей. В театре у нас тоже премьера. В Московском государственном театре Роста в Царицыне вышел спектакль по мотивам пьесы Эдуардо Де Филиппо «Филумена Мартурано». Но не под оригинальным названием, мы решили его поменять на «Брак по-итальянски». Ведь все смотрели всемирно известный фильм, снятый по этой пьесе (с Софи Лорен и Марчелло Мастроянни. – Ред.). У нас в главных ролях Нонна Гришаева и Дмитрий Фрид. Приглашаю всех к нам в театр, будет захватывающе! А ещё с июня в соцсетях открылся новый проект «Папа, я и сказки». Вместе со мной и дочкой Любой мы будем читать любимые сказки, разбирать поступки героев и делиться интересными фактами. По-моему, получилась хорошая семейная передача.

Расспрашивала
Дарья СОКОЛОВА
Фото из личного архива

Опубликовано в №27, июль 2026 года