Один из важных вопросов - расширение так называемого бескомиссионного принципа выплаты компенсации за утраченные дома и квартиры. Выдача сертификатов без обследования жилья комиссией разрешена для переселенцев 152 населенных пунктов приграничья. Но участники встречи настаивали, что этот список должен включать большее количество поселений.

Переселенцы поясняли, что для них не имеет особого значения, стоит дом или его разбили вражеские снаряды. К примеру, в селе Сухиновка Глушковского района, что в семи километрах от государственной границы, не то что жить нельзя - к селу и доступа-то нет. Однако по правилам выдать сертификаты всем сухиновцам не представляется возможным: такая мера поддержки начинает действовать только в том случае, если разбито 80 процентов сельских домов.

- Я как уехала 8 августа 2024 года, так и не знаю, что с моим домом, - рассказывает одна из жительниц Сухиновки. - И вот до сих пор мы вынуждены жить на съемной квартире.

Ей вторят голоса из зала: "Почему нельзя выдать сертификаты?"

Пока одни переселенцы ждут сертификатов, другие, получившие их, заняты выбором жилья

Александр Хинштейн поясняет, что в селе, по данным оперативной видеосъемки от Минобороны РФ, разрушено 45 домовладений, а всего в селе порядка 400 домов - значит, чуть более 10 процентов. Поэтому сертификаты выдаются индивидуально, только тем, чьи дома разрушены.

- А почему Козыревка включена в перечень бескомиссионной выдачи сертификатов? - задаются вопросом в зале. - Сколько там проживало людей на начало августа 2024 года?

Глава местного сельсовета отвечает на этот вопрос сразу: один человек.

- Вот вам и ответ! - горько усмехаются участники встречи.

Больше всего вопросов - от жителей Глушковского района. Этот приграничный муниципалитет каждый день подвергается вражеским атакам: линия боевого соприкосновения проходит совсем близко. Люди обеспокоены не только состоянием своих домов, но и собственной судьбой. Определенности для многих пока нет.

- Уехали мы с дедом да так и не знаем, что с домом, - сетует дама серебряного возраста. - Как ни спросим про свое имущество, везде один ответ: "Не сфотографировано". И что нам делать?

Она называет и село, и точный адрес. Находящиеся в зале бойцы тут же собирают списки и отправляются "полетать" над селом, помочь людям фотосъемкой, которая единственный весомый документ для предоставления сертификата.

Впрочем, и она не гарантирует оперативной компенсации утраченного жилья.

- Мой дом сфотографировали с фасада, и я не знаю, это к счастью или к сожалению, - начинает свой рассказ житель Глушковского района. - Так посмотришь - ну целый дом стоит, да только мы знаем, что трех стен нет.

Другие жители тоже рассказывают, что в некоторых домах нет стены, крыши, еще каких-то конструктивных элементов. Все это мокнет под дождем и мерзнет под снегом. Сфотографировано хорошо, да только вывод неутешительный: нужно ждать, когда к дому сможет подойти комиссия и оценит, не пригоден ли он к восстановлению. Это тоже правило для выдачи сертификата.

- Если на месте дома воронка - да, все понятно, дом уничтожен. А если, например, нет стены, то здание должны оценить эксперты, - отвечает глава региона. - Бывает так, что мы думаем, что уже нельзя ничего восстановить, а эксперты говорят: можно. И строительные бригады восстанавливают такие дома.

Фотосъемку домов с разных ракурсов теперь обязательно пропишут в соответствующих правилах оценки. Хотя жители и сами понимают: иной раз и военные не могут подробно отснять домовладение - все же линия боевого соприкосновения совсем рядом.

Пока одни переселенцы ждут сертификатов, уже получившие эти долгожданные документы люди заняты выбором жилья. Курский рынок в этом отношении дефицитный, тем более для сельского жителя.

- У меня в Глушковском районе был родительский дом, он разрушен полностью. Сертификат я получил, - рассказывает участник встречи. - Но что я могу купить? Новый дом? Не хочу. Все, что только построено, имеет рядом лишь четыре сотки земли. Квартира вообще даже не рассматривается. Я жил всю жизнь в доме с участком, вокруг простор... И иначе не могу!

Курянин готов и кредит взять, и льготную ипотеку под два процента. Но вот только вторичное индивидуальное жилье банки в качестве залога не принимают.

Александр Хинштейн отмечает, что вопрос расширения ипотеки и на этот сегмент - спорный, уязвимый и зачастую неликвидный - прорабатывается с представителями и Минфина РФ, и финансовых организаций, и ЦБ РФ.

- Конечно, при покупке квартиры все проще, - поясняет глава региона. - Вот квартира, можно посмотреть стоимость таких же. С частным домом сложнее. Однако я думаю, что оценить и эти объекты возможно. Что мешает выехать для этого на место тому же представителю банка? Я скажу осторожно: рассчитываю, что нам удастся расширить программы льготной ипотеки на частные дома на вторичном рынке.

Так или иначе, постепенно проблема с жильем для переселенцев из курского приграничья решается: выдано более 16 тысяч сертификатов, а это значит, что ровно столько же семей получили возможность приобрести дом или квартиру взамен утраченного жилья.

Прямая речь

Христина Погребкова, руководитель ОКУ "Дирекция по жилищным субсидиям":

- Ситуация с выдачей сертификатов напрямую зависит от муниципалитета. Напряжение в зоне комиссионной выдачи сертификатов, безусловно, есть. В бескомиссионную входят 152 населенных пункта, и, как можно было заметить на встрече с жителями Суджанского района, такого накала на ней не наблюдалось. Тем не менее негатив, который мы наблюдали в 2024-2025 годах, удалось нивелировать: благодаря аэрофотосъемке многие люди получают возможность оформить сертификат, приобрести новое жилье.