Президент США Дональд Трамп в своё время победил на выборах, в том числе благодаря обещаниям остановить бесполезные войны и, в частности, завершить войну на Украине за 24 часа. Спустя полтора года от его «миротворческого» настроя не осталось и следа.

США напали на Венесуэлу и Иран, отказались от договорённостей с Россией. Что будет дальше, рассказал замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований ВШЭ Дмитрий Суслов.

Глеб Иванов, aif.ru: американцы планировали в ускоренном режиме принять закон об «адских» санкциях против России. Но рассмотрение неожиданно отложили до конца года. Почему?

Дмитрий Суслов: этот законопроект долго не могли принять по одной простой причине: против был сам Трамп. Для американского президента этот документ как был инструментом давления на Россию за столом переговоров, так и остаётся. Выражаясь словами Трампа, это его «козырная карта». Действующий закон лишит США позиции медиатора всего украинского мирного процесса. Трамп этого пока не хочет. Его вполне устраивает нынешняя роль, когда он вроде как в стороне: просто поставляет Украине оружие за европейские деньги, передаёт разведданные и заодно торгуется с Россией.

Кроме того, в тексте документа предусмотрено право президента США вводить 100%-ные пошлины против стран, которые покупают у России нефть и газ. И конкуренты республиканцев, демократы, опасаются, что Трамп получит законное право наказать их европейских союзников. Например, СПГ (сжиженный природный газ) у России закупает Франция. Получается, против неё можно вводить 100%-ные пошлины? 

Другие положения не нравятся самому Трампу. И поэтому он требует оставить за ним единоличное право решать, вводить ли пошлины или нет и против кого. Это, в свою очередь, не устраивает уже демо­кратов, которые не хотят давать ему новые полномочия.

В роли бесконечно обсуждаемого листа бумаги законопроект Трампу гораздо полезнее.

– Автором законопроекта был сенатор Грэм*, который лоббировал отказ от анкориджских договорённостей, а также был сторонником войны с Ираном. Может, после его смерти американцы будут более миролюбивыми?

– Отказ от договорённостей с Москвой, мне кажется, связан в первую очередь с неспособностью США выполнить свою часть сделки.

Хотя Грэм действительно сыграл достаточно заметную роль и в убеждении админи­страции Трампа отказаться от договорённостей с Россией, и во втягивании США в иранскую  авантюру. Но вряд ли его личное влияние было определяющим. Грэм был одним из самых одиозных представителей целой группы американских политиков – «ястребов»-неоконов (так называют неоконсерваторов, которые выступают за активное использование военной силы во внешней политике. – Ред.) из Республиканской партии, которые считали договорённости Анкориджа слишком выгодными для России и всеми способами убеждали Трампа не давить на Киев. Но были и остались другие: например, госсекретарь США Марко Рубио, который тоже считается представителем неоконов. Его влияние на Трампа гораздо сильнее, учитывая, что он не только госсекретарь, но и советник по нацбезопасности.

Что касается Ирана, то опять же: Грэм сыграл свою роль, но были и другие факторы. Наприме­р, тесные отношения Трампа с премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху, а также успех январской операции по похищению президента Венесуэлы Николаса Мадуро, убедившей Трампа, что американская армия может всё. Сказались и протесты в Иране, создавшие иллюзию, что нужно лишь поднажать, и власть в Тегеране повалится.

Так что ждать, что после смерти одного лишь Грэма американская политика как-то изменится, не стоит. 

– Мы видим, что в этом году позиции традиционных сторонников Трампа ослабели. Многие из них, например, известный журналист Такер Карлсон, вообще вступили с ними в конфликт. Что случилось?

– Трамп обещал остановить бесконечные войны, прекратить трату денег на ненужные американцам внешние интервенции, сосредоточиться на внутренних проблемах страны. В первый год его работы в значительной степени так и было. Вспомните, как к большому испугу и киевского режима, и европейцев, и американских «ястребов» он начал переговоры с Россией, занялся внутриамериканскими делами. Но «ястребы» в его кабинете продолжали убеждать Трампа вернуться к прежней традиционной линии. Может быть, ничего и не получилось бы, но, как я уже упомянул, Венесуэла подей­ствовала на него опьяняюще. Захотелось ещё побед.

А вот провал в Иране, я думаю, всё-таки его отрезвил. Мы это видим из отрывочных сообщений американских СМИ об обстановке в Белом доме. Сам Трамп публично жалуется на бесконечный конфликт. Даже на похоронах того же Грэма, в момент, когда о покойниках либо хорошо, либо ничего, он не удержался от того, чтобы не укорить покойного в том, что тот «очень любил войны».

Но в любом случае все эти военные авантюры оттолкнули от него MAGA-электорат (движение в поддержку Трампа, названное по первым буквам лозунга Make America Great Again – «Вернём Америке былое величие». – Ред.), который ждал от него совсем другого. Потому мы и видим публичные ссоры президента с Карл­соном, которого Трамп даже выписал из MAGA, с кон­грессвумен Марджори Тейлор Грин и многими другими видными фигурами.

– Возможно возвращение Трампа к линии, которую он проводил в начале второго срока?

– Я думаю, возврат возможен. Мы видим, что в Белом доме снова усиливаются позиции вице-президента Джей Ди Вэнса. Именно он главный представитель MAGA-движения в противовес Рубио. По мере того как неоконсервативная повестка будет доказывать свою несостоятельность, акции сторонников MAGA будут расти.

Конечно, не всё так просто. В конце концов, Рубио показал себя блестящим бюрократом в том смысле, что он сумел уклониться от формальной поддержки иранской авантюры. Думаю, он сыграл не последнюю роль в том, чтобы она началась. Но публично он показательно от неё отстраняется. Очевидно, Рубио (а вместе с ним и неоконы) сохраняет сильное влияние на Трампа, и потому очень вероятно, что президент США будет и далее готов к авантюрам. К примеру, он опять заговорил о присоединении Гренландии.

– Возможно ли возвращение к переговорам по Украине с участием администрации США и на каких условиях?

– Я полагаю, они и не прекращаются, свидетельство чего диалог Лаврова и Рубио в Маниле. Другой вопрос – что нам могут предложить американцы. Раз они теперь не считают анкориджские условия актуальными, очевидно, что они больше будут прислушиваться к мнению Украины. Для России это неприемлемо. Посмотрим, конечно, что привезут нам во время анонсированного визита спецпосланники Трампа Уиткофф и Кушнер (если визит, конечно, состоится).

В случае неудачи новый раунд переговоров стоит ждать не раньше следующей весны или того момента, когда российская армия освободит всю территорию Донбасса. Ведь это автоматически уберёт один из спорных моментов и может всё-таки открыть дорогу к какому-то соглашению.

*Внесен в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга