Обычный пост с вакансией за считанные дни собрал более 60 миллионов просмотров и десятки тысяч комментариев. Фермер Цзо Сяоюн искал пару пастухов для своей фермы во Внутренней Монголии — это крупная провинция на севере Китая, она граничит с Монголией и Забайкальским краем России, а плотность населения там очень низкая по китайским меркам — 20 человек на км² (для сравнения, в провинции Цзянсу — 795 чел./км²). Большая часть Внутренней Монголии — пустыня Гоби и засушливые степи.

Требования к соискателям, на первый взгляд, невысокие: летом нужно пасти три тысячи овец на огромном пастбище посреди всей этой безлюдной пустоты, а зимой — ухаживать за животными при температуре −30°C и ниже. Цзо честно предупреждал: работа тяжелая, тут вам точно не курорт. Но людей это не отпугнуло.

Каждому пастуху фермер предложил 8 тысяч юаней, это примерно 76,5 тысячи рублей. Конкурс был порядка 350 человек на место — среди них были и офисные сотрудники из больших городов, и рабочие с фабрик, и недавние выпускники.

«Я не ожидал, что вакансия станет вирусной. Похоже, обычным людям очень сложно найти работу, — отметил фермер. — Да, я предлагаю высокую зарплату, но важно, чтобы люди могли долго работать, в том числе зимой. Это не туризм».

По словам местных экспертов, за этим всплеском интереса скрывается непростая ситуация на рынке труда в Китае. Официально безработица держится чуть выше 5%, но людям все сложнее найти достойное место. Во многих компаниях прижился жесткий график «9-9-6»: работать нужно шесть дней в неделю с 9 утра до 9 вечера. При этом доходы растут медленнее, чем экономика страны. А этим летом на рынок труда вышли еще 12,7 миллиона выпускников вузов.

С другой стороны, у этой истории есть и психологический подтекст: для многих соискателей эта вакансия стала побегом от реальности. Джеймс, 21‑летний рабочий с фабрики, рассказал, что крутил шурупы по 13 часов подряд — руки опухали, а времени не оставалось даже сходить в туалет. Ву, 28‑летняя сотрудница из сферы электронной коммерции, призналась, что мечтает о жизни, где не нужно постоянно решать чужие проблемы, волноваться о дедлайнах и терпеть токсичных коллег за 10 тысяч юаней в месяц.

У китайского рынка труда есть и совсем неочевидный для жителей других стран ракурс — его там «проклятием 35 лет». Многие работодатели стараются не брать людей старше этого возраста, и это касается не только IT, но и других сфер. Поэтому среди тех, кто откликнулся на вакансию, много родившихся в 1990-е — они особенно остро чувствуют, что скоро экономика спишет их в расход.

Правда, в итоге китайские миллениалы остались с носом и будут дальше выгорать в офисах, а мудрый фермер взял на работу две супружеские пары в возрасте 45+, потому что они уже работали на ферме и знают, что такое сельская жизнь. Он оставил в шорт-листе еще 40 пар, но говорит, что точно не будет рассматривать кандидатуры одиноких людей или молодых горожан.

«В наших краях можно не видеть людей целый год, — сказал Цзо. — Не знаю, сможет ли кто-то вынести такое одиночество».

Интересно, что зарплата пастуха в Китае оказалась выше, чем получают россияне: по итогам 2025 года средняя медианная зарплата у нас в стране составила 65,3 тысячи рублей в месяц — и это она еще выросла вдвое за пять лет.

Что касается пастухов российских, то им в нашей стране готовы платить совершенно разные деньги: так, например, — по данным сайтов с вакансиями — в Волгоградской области ищут чабана на зарплату 60 тысяч рублей, а в Тверской области скотнику готовы платить от 130 до 390 тысяч.

Российская молодежь тоже не прочь поработать где-нибудь вдалеке от цивилизации — лишь бы платили достойно.

Автор текста:Ирина Себелева