Герои нашего времени — так говорят про них в Донбассе. Водители общественного транспорта — автобусов, троллейбусов, маршруток. Те, кто каждый день крутит баранку под угрозой налета дронов ВСУ. Новости об атаках на них появляются, увы, регулярно. И тем не менее они не прекращают выходить на линии, транспорт, как артерии, связывает населенные пункты ДНР, жизнь в республике продолжается. О тех, кто выбрал этот нелегкий путь — в материале «Известий».

Максим Слепченко — водитель троллейбуса из Горловки. Стаж — четверть века с короткими перерывами. Весельчак, добряк. 7 сентября во время работы попал под атаку дрона. Результат — многочисленные ранения, десять дней провел в реанимации, из них неделю находился в коме. Перенес несколько операций. Сейчас переведен в стационар. Снова шутит. Говорит: а как не улыбаться, если жив остался.

— Время было около 12 дня. Пошел на третий круг, — вспоминает мужчина. — И вдруг удар слева, рядом со мной. Люди, которые видели это со стороны, говорят, что беспилотник сначала пропустил меня, а потом догнал и атаковал…

После взрыва Максим сумел затормозить, чтобы не выехать на встречную полосу. Нажал кнопки открывания дверей. Одежда набухла от крови, лившейся из шеи. Крикнул пареньку-пассажиру: «Подними штанги, там две веревки! Иначе замкнет, пожар…» Рядом остановилась легковушка, выскочили молодой человек и девушка, помогли выбраться, достали аптечку, перевязали, затолкали в машину и помчались до больницы. Слепченко отключился уже на медицинской кушетке.

Внутренние органы у Максима оказались повреждены и разорваны. Тем не менее организм вытянул, кризис преодолен, пациент идет на поправку.

— У меня несколько профессий: сварщик, монтажник газового оборудования, повар, — говорит Максим. — Но любимая и главная — водитель троллейбуса. Уходил несколько раз, пытаясь побольше заработать, но всегда возвращался. Сама машина по душе, пассажиры давно как родные, коллектив как семья. В депо всегда прихожу пораньше — пообщаться, посмеяться, кофе выпить. Все сейчас звонят, беспокоятся. После выписки, если пройду медкомиссию, вернусь обратно.

Чуть больше года в ДНР действует автобусный маршрут Донецк — Курахово. Рейс, соединяющий столицу с городом, по которому катком прокатились военные действия. Люди там продолжают жить — десятки человек. Маршрутка ходит по будням, два раза в день. Обслуживает ее 55-летний Андрей Кузнецов.

— После школы я отучился на подземного электрослесаря, но жизнь свою связал с баранкой, — говорит он. — Три-четыре дня не в кабине — уже неуютно, хочется за руль! Начинал когда-то на «ЛАЗе», потом пересел на «Газель», после на «Пазик». Тридцать два года вожу автобусы.

Путь в сторону Курахово занимает 1,5 часа. В пункте прибытия — сбор пассажиров и сразу, без задержек, обратно.

Вчера Андрей заменил колесо — пробил, дороги ведь толком нет, а есть, как говорят шоферы, — «направление». Военные периодически подсыпают трассу породой с терриконов. Впрочем, главная напасть всё-таки не полотно, а угроза с неба. Уровень на всем протяжении стабильно «красный». Во время маршрута бойцы на постах переговариваются с Кузнецовым знаками «Всё в порядке, ехать можно!» либо «Стой, опасность!» Есть еще знак — «Уважаем, молодец!», белоснежная маршрутка среди потока хаки-машин выглядит экзотично, а ее водитель — отчаянным парнем.

Андрею это «отчаяние», конечно, нужно в последнюю очередь, но, как он объясняет, «заднюю не дашь». И эта фраза характерна, пожалуй, для всех, кто каждый рабочий день просыпается в три утра, едет в парк, проходит медосмотр, подписывает заявку у диспетчера и отправляется в очередной рейс.

Андрей Лукьянченко — старожил автобусного маршрута Ясиноватая — Донецк, одного из самых опасных в ДНР.

Путь за баранку автобуса у него оказался долгим и, можно сказать, извилистым. В 80-е годы окончил Горловский автодорожный институт. Трудился на ЗАЗе — знаменитом Запорожском автомобильном заводе, конструктором и испытателем. Вернулся в родную Донетчину, устроился водителем самосвала «КрАЗ», возил песок, щебень, строил предприятия, убирал терриконы. Потом — автомехаником. В 2007-м сел за руль маршрутки.

— На Донецк езжу 15 лет, — рассказывает Лукьянченко. — До 2014 года была прямая трасса — 45 минут. Теперь — в объезд, через Макеевку, 1 час 20 минут. Первый рейс в 6:05. За день успеваю сделать три круга. В общей сложности выходит 250 км.

Автобусное сообщение между городами из-за обстрелов было остановлено 25 февраля 2022 года. Ясиноватая тогда, по сути, оказалась отрезана от мира, даже такси не ездили. Больше того — внутри ее также отменили все маршруты. Жители перемещались пешком, под непрекращающимися обстрелами, перебежками. Линию на Донецк вернули спустя 1,5 года. Но ситуация еще долго продолжала оставаться напряженной.

— Сложное было время, — вспоминает Андрей. — Туда едешь — нормальная дорога, обратно — уже «градина» торчит посреди дороги. Или газовая заправка горит, струя огня поднимается на высоту пяти этажей. Или двигаешься по мосту через Кальмиус, а в воду мины падают. Что делать? Кабину не бросишь, пассажиров не высадишь. Едешь потихоньку вперед…

Сергею Гурееву — 53. Под его началом — 18-метровая «гармошка» главного донецкого троллейбусного маршрута № 2, соединяющего металлургический завод и железнодорожный вокзал. Путь по центральной улице Артема — 9 км в одну сторону. Старт самой ранней смены — в 5:00, поздней — в 6:30 утра.

— По профессии я горный инженер, но в 90-е геологоразведка была в упадке. Нужно было зарабатывать кусок хлеба, — делится Сергей. — Пошел кондуктором на троллейбус. Потом водителем. Думал — временно. Но вот задержался на 28 лет.

19 февраля 2022-го в ДНР был издан указ о всеобщей мобилизации. СМС-сообщение о необходимости явиться на призывной пункт пришло и Гурееву. Прибыл на следующий день и спустя несколько суток в составе сформированного соединения был брошен на волновахское направление. Потом последовал Мариуполь, где 23 марта он получил ранение в руку. Два месяца пролежал в госпитале, вернулся в строй. Подписал контракт с мотострелковым полком, был отправлен на Запорожье. В июне 2023 года в районе Вербового его батальон отражал атаку ВСУ. Задачу поставили — простоять сутки. Держались две недели. Комбат подразделения за тот бой был удостоен Золотой звезды героя. Сергей получил медаль «За отвагу».

После увольнения вернулся в депо, снова сел за руль. В первый день работы на маршруте № 2 стал свидетелем обстрела — впереди разорвались две ракеты «Хаймарс». Высадил пассажиров — рядом был подземный переход. Переждал. Как стало потише — поехал дальше.

В июне нынешнего года Сергей принял участие во всероссийском конкурсе «Лучший водитель троллейбуса», прошедшем в Санкт-Петербурге, участвовали 42 человека из 36 городов. Гуреев представлял Донецк. В течение шести дней выполняли задания — на знание ПДД, по эксплуатации троллейбуса, приемке в депо, вождению, обслуживанию маломобильных пассажиров. В первую десятку не вошел, но, по его словам, отдохнул за все предыдущие военные годы.

В следующем году планирует съездить на берега Невы еще раз, но уже просто на отдых с женой (тоже, кстати, работницей троллейбусного депо — диспетчером), сделать ей и себе подарок.