И вновь всем мури!
Знаете, что такое работа с модификатором? Это ситуация, в которой имея на час меньше рабочего времени (притом времени идейного), удалось-таки сдать тыщу! Скромную, на тоненького и под флажок. Но само превышение этого барьера, когда две недели только шаришься вокруг - это уже важный момент.
Сегодня живём по-вчерашнему: если начало вчерашней постановки вам не понравилось, то сегодня у вас выходной. Перечитайте Тимотеуша или прошлые дни, посмотрите кинцо с девочками Ольсенами, или переслушайте ваш любимый сезон от Вивальди. Мой вот - зима, конечно же.
Ну а для тех, кто желает увидеть ещё три беседы обэриутов нового времени - новая частька!
Заручейский: Значит, она смычок.
Любушкин: Однако отошли же мы от темы. Вот взять, к примеру, обычные имена. На прошлой неделе зеленщица попутала меня с Спасским. Значит ли это, что мы на самом деле должны носить одинаковые имена?
Кырн: Не значит. Обосную: ты с Спасским есть разные лица, следовательно, вас должно именовать порознь.
Заручейский: Зеленщица, вероятно, была слепа или сама носила не своё имя.
Кырн: Она была тигрица.
Любушкин: Верно, и мне так показалось, ведь её зелень была совсем сухой.
Кырн: Носила ли зелень разные имена?
Любушкин: Точно. Как то: кинза, сельдерей, собачка и другие почётные прозвища.
Заручейский: Носила ли зеленщица разные одежды?
Любушкин: Ни к чему тебе это знать. Да и не заметил я, были ли на ней одежды.
Кырн: Я всё больше уверяюсь, что её следовало повесить.
Любушкин: Возвращаю к теме. Вот к примеру, взять простое имя Афанаил. Как мы можем из свойств этого имени установить, что принадлежит оно кому-либо?
Заручейский: Всё ведь просто, Леонид Савельич. Оно делится на четыре компонента или слога, а значит, может быть именем кого-либо.
Кырн: Подтверждаю. Помнится, я знал одного Афанаила и могу утверждать, что то была личность.
Любушкин: Однако выходит, что имена всех собранных здесь состоят из трёх компонент. Значит, у нас нет головы?
Кырн: Весьма возможно, хотя и чудесно.
Любушкин снял маску и вновь обернулся Изольдой, вернувшейся к трибуне.
— Цитировалось по пятой беседе прошлого года. – завершила она. – Вопросы?
Вопросов не оказалось, ведь едва ли из присутствовавших кто-то смог понять, что в принципе обсуждалось на сцене. Не стоило в этом винить современное общество; трансцендентные и порой заумные обсуждения побратимов в принципе было тяжело понимать.
— В таком случае мы продолжим со вторым действом. – кивнула девочка. – В нём участвуют Супкинд, Рончарова и Спасский. Цитируется по восемнадцатой беседе этого года!
На сцене по очереди появились новые исполнители: Аврора, Костя и ещё один представитель самого старшего отряда, Антон Арусланов. Они точно так же сели за стол, на котором стояла высохшая роза в узкой вазе.
Супкинд: Что же до меня, вы спросите? Я предпочитаю придерживаться принципов, которые исповедовал и в позапрошлой жизни.
Спасский: Значит ли это, что ты открывал все двери от себя?
Супкинд: Нет, это значит, что я сначала брал вилку, а потом галстук.
Рончарова: И рисовал их в условном стиле?
Супкинд: Верно подмечено, Евлалья Фомишна. Кроме того, очень инсценированной нахожу вашу крайнюю картину.
Рончарова: Душевно благодарна, Иаков Симеоныч. Не так часто у меня выдавалось время для спокойного писания в последнее время.
Спасский: В последнее время? То есть вы считаете, что больше времени никогда не будет?
Рончарова: Я имела в виду, что время ускользнуло. Его съел комар.
Супкинд: Скажите на милость! Вчера как раз я имел честь совершить убийство комара в своём доме. Выходит, это сделано и необратимо.
Спасский: Филигранно! Иаков Симеоныч, сам того не представляя, стал мировым демиургом.
Супкинд: Ну, как бы по чести, больших изменений я после того жеста в себе не обнаружил. Если бы, скажем, я думал печенью, а ходил руками, то это можно ещё себе представить. А коли наоборот?
Спасский: Весьма печально.
Рончарова: Надо выработать что-либо, что заменит время. А следовательно, уничтожить все часовые механизмы, ведь теперь они измеряют ход уже несуществующей субстанции.
Супкинд: Что же может заменить время?
Рончарова: Кисть или насекомые.
Супкинд: Обоснуйте, Евлалья Фомишна.
Рончарова: Обосную. Кисть, коли провести ей по холсту, иссякнется краской, что вполне соответствует угасанию бывшего для всех времени. А насекомые, как известно, летят на свет. А процесс летения, как известно, нестационарный. Так ведь, Анатолий Иваныч?
Спасский: Конечно, если это не полёт на месте. Но такое невозможно.
Супкинд: Выходит, если время можно заменить кистью, то и кисть можно было бы заменить временем. А раз так, то при писании картины время пострадать не могло.
Рончарова: Я не помню, чтобы тогда писала картину.
Спасский: Но ведь ваша работа, Евлалья Фомишна!
Рончарова: Я не помню, чтобы это была моя картина, но утверждаю, что так могло было быть. Во всяком случае, неоспорим инцидент с Иаковом Симеонычем, который всяко устранил время.
Супкинд: Да, пожалуй, бесспорно, но я бы всё же хотел заменить время на круг.
Спасский: Обоснуй.
Супкинд: Обосную. Круг – это геометрическая фигура, инвариантная относительно входа в него. Так же как и каждый из нас, рождающийся не вопреки воле, а по прочим факторам. Посему бывшее время представимо в виде круга.
Спасский: Если так подумать, бывшее время в каждой вещи оставило свой след, как то коррозия в железе или сухость в старом дереве. А почему оно, подобно кругу, может и возродиться из этих факторов.
Супкинд: Вполне возможно. Нам остаётся только до этого дожить.
На том закончилось второе действо. Откровенно спящих в зрительном зале стало куда больше.
— Это одна из самых сложных для понимания бесед. – призналась вернувшая лицо Аврора. – Но и одна из самых интересных.
— У меня вопрос. – Алёна даже встала. – А почему Костя играет Рончарову? Разве не было бы логично, чтобы её сыграла какая-нибудь девочка?
— Он просто слишком поздно к нам пришёл, и оставалась единственная роль. – призналась девушка. – Я предложила кому-нибудь махнуться ролью, но никто не согласился. А что, он вам не нравится? Можем его прогнать.
— Не надо! – испугалась Кристина. – Он хорошо играет, кажется. Так ведь, Александра?
Драматуржка не собиралась нарушать своих обещаний относительно молчания и только развела руками.
— В третьем действе участвуют Любушкин, Заручейский и Спасский. – объявила Аврора. – Это самая мистическая беседа, как по мне, но я сама в ней участвовать не буду.
Исполнители ролей вновь вышли на сцену и уселись за стол, на котором в этот раз стояла фарфоровая статуэтка кита, расписанного под гжель.
Любушкин: Побратимы, меня всё мучает один вопрос.
Спасский: Я нахожу это величественным.
Любушкин: Весьма так. Каков есть смысл в живых созданиях?
Заручейский: Нечего тут и спрашивать. Это как спрашивать, каков есть смысл поэзии.
Любушкин: Смысл поэзии, скажем, прост. Он в том, чтобы связать космос и курицу.
Спасский: Или части тела с цифрами.
Любушкин: Есть ведь, например, древнее мифическое существо левиафан. Или равнозначное ему существо кит.
Заручейский: И орешник тоже есть.
Любушкин: В прошлый раз мы давеча постановили, что все существа имеют смысл в общем. Так какой смысл в частном имеет кит?
Спасский: Если задуматься, кит не имеет смысла в смысле пищеупотребительном. Его даже нельзя пустить на суп.
Заручейский: Зато его можно употребить на поэзию с известными рифмами.
Любушкин: Обоснуй.
Заручейский: Обосную. Кит может интонировать с: бронхитом, плевритом, отитом и иными существами.
Спасский: Будет ли радость, если ты живое существо будешь интонировать с телесными недомоганиями?
Заручейский: Не я дал киту его именование. Не я также дал именование недугам. Это сделали врачи или, возможно, лошади.
Любушкин: Кита можно также интонировать с камнями.
Спасский: Обоснуй, Леонид Савельич.
Любушкин: Обосную. Этих камней будет такое имя: гранит, лазурит, малахит и прочие.
Заручейский: Как можно интонировать кита с камнями другой к нему принадлежности?
Любушкин: Хорошо. Допустим, мы употребили кита в поэзию. Но какой прок будет в этом для нас самих?
Спасский: Такой же, как в глядении на статуэтку или насекомое.
Заручейский: Примечательно. В таком случае, я считаю, нам необходимо изречь строки.
В это время яркость экрана уменьшилась, и на сцене появился Квазар, носивший маску без лица. Он изрёк такие строки:
В чём будет смысл кита?
В том, что он прыгает в море.
Что он гладкий от уса и до хвоста,
Даёт птице надежду на радость и горе.
Киты не падают снежинкой в воду,
Они не поглощают мир, как молва.
Он эндемичен словно природа,
Кит благосклонен, как сова.
Жизнь, в нижнем течении слабо не та –
В том будет смысл кита.
Квазар покинул сцену, улетев за кулисы, и в комнатке вновь стало светло.
Спасский: Я готов изречь строки.
Любушкин: Нужно ли? Мне кажется, я тебя превосходно слышу и так. А ты, Никола Олексич?
Заручейский: Слышу ясно, как гром. В таком случае можно резонно предположить, что мы отыскали смысл кита.
Спасский: А значит, этот день не будет пропавшим из мировой истории, как сухой лист.
Исполнители разошлись, а Любушкин, вновь ставший Изольдой, вернулся на трибуну.
— Между прочим, мы с Авророй на минуту даже поссорились, когда обсуждали эту беседу. – подмигнула девочка. – Я считаю, что это скучнейшая беседа в книге. Тут каждое предложение наводит кучу вопросов.
— Однако получилось интересно. – возразила Алёна. – Теперь у меня вопрос. Выходит, этот новый жанр Кваза, поиски смысла, и не его вовсе?
— Это его жанр и его строки, написанные специально для нас. – ответила Изольда. – В книге между репликами Заручейского и Спасского нет больше ничего.
— Тогда понятно. – Алёна села на место.
— В четвёртом действе участвуют Супкинд, Рончарова и Кырн. – объявила Изольда. – Цитируется по недатированной позапрошлогодней беседе.
Исполнители ролей вновь вышли и уселись за стол, на котором в этот раз стояла салатница с одной грушей.
Супкинд: Во всём, что касается природных явлений, я предпочитаю иметь выжидательную позицию.
Кырн: Поясни, Иаков Симеоныч.
Супкинд: Поясняю. Вот скажем, ты вышел на улицу установленным порядком и видишь на небе солнце. Так нужно выждать – может, пролетит птица или туча.
Кырн: Или колесо.
Супкинд: Весьма возможно. В общем, любой однородный предмет такого же свойства. Или скажем, идёт дождь. Тут ждать нужно вот для чего: или все дома смоет новым потопом, или дождь прекратится.
Рончарова: Потопа не будет. Тот, кто мог бы его устроить, две тысячи лет назад умер.
Кырн: Однако были же сильные дожди шесть лет назад, Евлалья Фомишна.
Рончарова: С чего вы взяли, Иаков Симеоныч? Может быть, это были просто зяблики.
Кырн: Вероятно, мне стоит лучше следить за своей памятью. Видите ли, иногда, когда я выхожу на улицу, я совершенно внезапно забываю, во что был одет десять лет назад.
Супкинд: Это предвестник старости, Данило Иваныч. В следующий раз непременно запиши.
Кырн: Да как же записать, если я уже ничего и не помню. Только и остаётся, что провожать взглядом журавлей.
Рончарова: В традициях сапмей, кстати, журавли встречаются предвестниками смерти. Анатолий Иваныч в том году рассказывал.
Супкинд: Почему же не грачи?
Рончарова: Грачи не летают. Они услаждаются.
Кырн: Говорят, что грачи живут на солнце, а журавли на луне. Кто живёт на прочих планетах, мне вовсе неизвестно.
Супкинд: Говорят, что звездочёты установили: солнце бархатное. А вот почему оно бархатное?
Рончарова: Конечно, потому что оно состоит из лучевой ткани, суть бархата. Просто пока свет доходит до наших краёв, бархат растворяется, и мы его уже не можем ощутить. Только теплом.
Кырн: Почему же тогда луна не бархатная.
Супкинд: Потому что журавли съели бархат. Поэтому они теперь белые в любое время суток.
Рончарова: Обоснуй, Иаков Симеоныч.
Супкинд: Обосную, Евлалья Фомишна. Я полагаю, на луне просто нет никаких удобных журавлю яств, как то: пироги, кролики или рожь. Вот они и выучились питаться бархатом, тем более что здесь он растворяется.
Кырн: Однако только сейчас вспомнил, Иаков Симеоныч. Я тебе гривну за обед на другой неделе отдам. Заболел один из моих учеников, Панасюка сын.
Супкинд: Пусть так.
Зрители ожидали, что на правах ведущей постановки сейчас на трибуне появится Аврора, но это неожиданно оказался Костя. Причём маску Рончаровой он снять позабыл.
— Видите, что происходит?
— Евлалья Фомишна, сымите маску. – рассмеялась Кристина. – С вами у нас не получится общаться так же натурально, а вот с вашим актёром – да.
— Ой, точно. – маска была снята, и Костя выдохнул. – Видите, что происходит? Если честно, я когда прочитал свои слова, я подумал две вещи. Первая – что мне никогда это не выучить. А вторая – что эти беседы велись между клубом каких-то сумасшедших.
Кира, сидевшая справа от Алёны, невольно осознала, что и сама подумала эту вторую мысль. Однако уже первые действа убедили её в мысли, что это просто особенный вид творчества.
— Если честно, я утаил это от художественных руководителей. – шепнул юноша. – Думал: выйду, и будь что будет, импровизация навсегда. А вот вышел, и не только все слова правильно изрёк, но и даже кое-какие мысли для себя вынес. Это магия!
— Эта магия называется искусством выступления, лопоухий. – не выдержала Александра. – Давай уже объявляй последнее действо и шасть со сцены.
— В последнем действе участвуют Любушкин, Супкинд и иностранный поэт Альтимирас Кальдерон. – смутился юноша. – Вот.
| # | Наименование новости | Тональность | Информативность | Дата публикации |
|---|---|---|---|---|
| 1 | ☀️☀️☀️☀️☀️☀️☀️☀️☀️☀️☀️☀️☀️☀️ НАВАЖДЕНИЕ. Пьеса. Новейшая история России в трех актах с ... | 0 | 5.79 | 12-09-2026 |
| 2 | Литература, музыка, живопись, прошлое, настоящее и будущее, женщины, Булгаков, музы, ... | 0 | 5 | 09-07-2026 |
| 3 | Ребята! Рафэжты! вот сейчас шла коррекция прошлого И нам сказали ... | 0 | 4.79 | 23-07-2026 |
| 4 | - О дааа, я известный чел и встречаюсь с девушкой, ... | 1 | 5.87 | 04-09-2026 |
| 5 | Огородные тёрки. Подсолнух: А какого, простите, корнеплода, картошка половину огорода ... | 0 | 6.3 | 11-08-2026 |
| 6 | Огородные тёрки. Подсолнух: А какого, простите, корнеплода, картошка половину огорода ... | 0 | 6.3 | 29-07-2026 |
| 7 | 🪩Ранее: https://m.vk.com/wall799959110_4627 : **Шапочка «Авроры»** Пока наш космолёт прокладывает курс ... | 0 | 7.32 | 26-07-2026 |
| 8 | Весеннее На каждом дереве — по шапке, Источник снегом замело, ... | 0 | 8.37 | 14-08-2026 |
| 9 | #мирный_жир это все их темные закулисные делишки, я же - ... | -10 | 2 | 26-06-2026 |