Привычка отказываться от отдыха, увлечений и собственных желаний ради будущих целей может привести к тому, что человек начинает воспринимать сегодняшний день только как подготовку к «настоящей» жизни. О том, как отличить разумное планирование от постоянного откладывания жизни на потом и почему совет «жить здесь и сейчас» помогает не всем, 24 сентября «Известиям» рассказал клинический психолог, коуч ICF Артем Ступак.

По словам специалиста, отложенная жизнь не является медицинским диагнозом. Так называют модель мышления и поведения, при которой человек связывает возможность отдыхать, заниматься любимым делом или тратить деньги на себя с выполнением определенного условия.

Он может обещать себе поехать в отпуск после погашения ипотеки, купить новую одежду после похудения или заняться увлечением, когда уменьшится нагрузка на работе. Такие решения могут казаться рациональными, однако проблема возникает, если после достижения одной цели человек сразу ставит перед собой новое условие.

Клинический психолог, коуч ICF Артем Ступак

Пока я живу «в подготовке», меня невозможно оценить по результату — ведь я еще не начал жить по-настоящему.

По его словам, такая модель может помогать человеку избегать страха неудачи, разочарования и необходимости столкнуться с реальным результатом. Пока мечта остается в будущем, ее можно представлять идеальной. При этом человек зачастую уверен, что поступает разумно и просто заботится о завтрашнем дне.

«Закрыли ипотеку — теперь надо накопить финансовую подушку на два года, потом ребенку на институт, потом уже дачу достроить», — привел пример психолог.

В результате первоначальная цель может быть достигнута, но разрешение отдыхать и уделять время себе так и не появляется.

Само по себе стремление накопить деньги, приобрести жилье или обеспечить семье финансовую стабильность не говорит об отложенной жизни, подчеркнул Ступак. При разумном планировании человек понимает цель временных ограничений, их продолжительность и цену, которую готов заплатить.

Например, он может решить за полтора года накопить первоначальный взнос и на этот период сократить необязательные расходы. Однако это не означает полного отказа от встреч с близкими, отдыха, заботы о здоровье и других важных сторон жизни.

При отложенной жизни ограничения постепенно распространяются на все большее число сфер, в том числе не связанных с первоначальной целью. Человек может отказываться пересматривать план даже после изменения обстоятельств, поскольку ему кажется, что иначе прежние усилия окажутся напрасными.

Кроме того, ради будущего результата он начинает жертвовать сном, здоровьем, отношениями и профессиональным развитием.

«Человек экономит на стоматологе, чтобы быстрее закрыть кредит, и через три года платит за имплант вдвое», — отметил психолог.

По его словам, поводом пересмотреть выбранную стратегию может стать отсутствие ясного ответа на вопрос, что изменится после достижения цели. Если вместо него возникает новое условие, а ожидаемая жизнь вновь переносится на неопределенный срок, проблема может заключаться уже не в самой цели.

Одной из причин такого поведения может быть чувство вины. Человеку кажется, что отдых и удовольствие необходимо сначала заслужить. Однако требования к себе постоянно растут, поэтому подходящий момент не наступает.

Другой причиной может стать многолетняя привычка к экономии. Даже после улучшения финансового положения траты на себя продолжают восприниматься как потеря контроля. В этом случае бережливость перестает быть временным инструментом и становится частью образа жизни.

Еще одним возможным механизмом Ступак назвал обесценивание собственных потребностей. Человек без сомнений тратит деньги на детей, родителей, ремонт или работу, но отказывает себе даже в доступных покупках и отдыхе, считая их необязательными.

Психолог посоветовал заранее предусматривать в бюджете средства на отдых и небольшие удовольствия. Тогда такие расходы становятся частью финансового плана, а не нарушением дисциплины.

Совет «жить здесь и сейчас» может не сработать, если человек перегружен и длительное время находится в состоянии истощения. Предложение искать небольшие поводы для радости в такой ситуации способно восприниматься как обесценивание его состояния.

«Способность замечать маленькие радости — не решение, а следствие», — подчеркнул Ступак.

По его словам, при хроническом истощении начинать следует с пересмотра нагрузки. Первым шагом может стать делегирование части обязанностей, отказ от стремления выполнять все идеально или выделение небольшого времени, не занятого работой и повседневными делами.

С возрастом вопрос об отложенных желаниях может становиться острее, добавил специалист. Будущее постепенно перестает восприниматься как неограниченный запас времени, и человек начинает оценивать не только свои достижения, но и то, сколько внимания он уделял собственным интересам.

Особенно тяжело такая модель может переноситься после болезни, кризиса, потери работы или отказа от прежней цели. Вместе с ней человек теряет привычную систему координат и может испытывать растерянность, гнев или апатию.

Отказываться от долгосрочных планов для этого не требуется, отметил психолог. Важно понять, какие желания человек постоянно переносит, с каким условием связывает их исполнение и что может сделать уже сейчас, если это условие не наступит в ближайшие годы.

«Будущее строится из тех же дней, в которых живешь», — сказал Ступак.

Он также рекомендовал заранее определить границы, которые не следует нарушать ради достижения цели. К ним могут относиться сон, здоровье, отношения с близкими и время на восстановление. Сами планы стоит периодически пересматривать, чтобы понять, остаются ли они актуальными или человек продолжает следовать им по привычке.

«Жить сегодняшним днем — не значит отказаться от будущего. Это значит перестать воспринимать сегодняшний день как черновик. Черновиков у нас нет, все дни идут в зачет», — заключил психолог.