3 марта 2026 года совместная операция США и Израиля «Эпическая ярость» вступила в шестые сутки. Иран уже нанёс ответные ракетно-дроновые удары по территории ОАЭ — по базе Аль-Дафра, объектам в Дубае и Абу-Даби. Аэропорты Дубая и Абу-Даби частично закрыты, Jebel Ali испытывает перебои, танкерный трафик через Ормузский пролив практически остановлен из-за страховых рисков и угроз. Президент Трамп в интервью прямо заявил, что кампания может продлиться «гораздо дольше четырёх-пяти недель». За первые 48 часов, по оценкам местных источников, экономика ОАЭ потеряла около 5 миллиардов долларов. Пока это шоковая реакция, но если конфликт перейдёт в месячную фазу, последствия будут системными. Аналитики уже моделируют сценарии: ОАЭ — единственная страна Персидского залива, где нефть даёт менее 2 % ВВП Дубая, но при этом остаётся главным драйвером Абу-Даби. Именно эта двойственность делает эмираты особенно уязвимыми при затяжной войне.

Для Абу-Даби, где сосредоточено более 90 % нефтяных запасов страны, рост цен на нефть — это очевидный плюс. Brent уже поднимался до 82 долларов за баррель, и при длительной блокаде Ормуза премия геополитического риска может удерживать котировки выше 100 долларов. Однако CSIS в отчёте февраля 2026 года напоминает: ОАЭ могут обойти Ормуз только частично. Трубопровод до порта Фуджейра позволяет перенаправить около половины экспорта (примерно 1–1,5 млн баррелей в сутки из 3,2 млн общих). Остальное остаётся запертым в заливе. Если Иран продолжит угрожать танкерам или заминирует фарватер, даже Фуджейра не спасёт весь объём. В итоге Абу-Даби получит дополнительные доходы в первые недели, но при затяжке на месяцы глобальная рецессия ударит по спросу на нефть, а восстановление судоходства потребует времени и огромных затрат на разминирование.

Дубай, где нефть составляет менее 2 % ВВП, построил модель на торговле, туризме, финансах и авиаперевозках. Именно эти сектора уже пострадали первыми. Аэропорты закрыты или работают в ограниченном режиме, тысячи туристов застряли — власти ОАЭ вынуждены оплачивать им отели и питание за счёт государства. Emirates и Etihad отменяют и перенаправляют рейсы, топливо дорожает. Jebel Ali — крупнейший порт региона — испытывает перебои из-за ракетных угроз и страховых отказов. Reuters прямо пишет: «безопасный гавань» Дубая проходит серьёзное испытание. Если война затянется на месяцы, поток туристов и инвесторов уйдёт в другие хабы — Сингапур, Турцию, даже Катар. По оценкам аналитиков, каждый месяц простоя аэропортов и порта может стоить Дубаю 1–2 % ВВП только в сфере услуг.

Фондовые биржи Абу-Даби и Дубая закрыты уже несколько дней. Инвесторы выводят капитал в золото и доллары. Atlantic Council подчёркивает: ОАЭ позиционировали себя как глобальный хаб — AI, финтех, недвижимость. Война разрушает этот нарратив. Если конфликт продлится месяцы, отток капитала и пересмотр рейтингов станут реальностью. Страховые премии для судов и самолётов уже выросли в разы. Компании, которые переводили бизнес в Дубай именно ради стабильности, начнут искать альтернативные юрисдикции. Имиджевые потери могут оказаться долгосрочными — даже после прекращения огня инвесторы будут помнить, как ракеты падали в 30 км от Бурдж-Халифа.

ОАЭ — не просто нефтяная страна, а логистический узел между Европой, Азией и Африкой. Срединный коридор, который должен был стать альтернативой российским маршрутам, теперь рискует потерять грузы. Если Ормуз останется парализованным, часть контейнерных потоков уйдёт через Красное море или Африку, обходя эмираты. Capital Economics и Bloomberg уже фиксируют первые признаки: страховщики отказываются покрывать риски в Персидском заливе. При затяжной войне ОАЭ потеряют часть роли «перекрёстка мира», которую выстраивали десятилетиями. Это удар по планам превращения страны в глобальный AI- и финансовый центр.

CSIS моделирует: ОАЭ не смогут полностью компенсировать потери от остановки судоходства. Если конфликт перейдёт в фазу «ни войны, ни мира» на 3–6 месяцев, глобальная рецессия снизит спрос на нефть, а Дубай потеряет до 5–7 % ВВП за счёт туризма и логистики. Atlantic Council добавляет: прямые удары Ирана по гражданской инфраструктуре (уже были случаи в Дубае) заставят ОАЭ тратить дополнительные миллиарды на ПВО и восстановление. При этом Абу-Даби, получая сверхдоходы от нефти, сможет субсидировать Дубай — как это было в пандемию. Но общий рост экономики страны замедлится до 1–2 % вместо запланированных 4–5 %. Самый тяжёлый сценарий — если Иран активизирует прокси или продолжит ракетные обстрелы: тогда отток экспатов и бизнеса станет необратимым.